Фронтовая судьба комдива Добровольского

Завершалась первая неделя февраля 1943 года. После короткого затишья, вызванного необходимостью переоценки сложившейся оперативной обстановки, командование Северо-Кавказского фронта решает произвести рокировку ударных соединений. Участки передаются в соответствии с изменениями планов. 46 Армия всеми силами с юга наносит удар на Краснодар, ее с северо-востока обеспечивает 37 Армия с задачей овладения укрепленными районами Медведовской и Старовеличковской, 9 Армия развивает наступление в направлении Дядьковской и далее на Тимашевскую.

Командарм Козлов вводит в действие свой главный армейский резерв – 409 стрелковую дивизию, которой командует один из наиболее опытных кадровых военных – полковник Михаил Добровольский. На него возлагается непростая задача – преодолеть организованное сопротивление врага на участке Сергиевская – Медведовская и выйти в тыл Краснодарской группировке противника. И это – в условиях раскисших степных дорог, не имея достаточного обеспечения артиллерийскими боеприпасами и даже стрелковым вооружением. Действовать приходилось, опираясь лишь на высокий моральный дух бойцов и командиров и собственный полководческий талант. Впрочем – обо всем по порядку.

Боец революционного призыва

Михаил Игнатьевич Добровольский в своей автобиографии указывал, что родился 5 ноября 1899 года в Одессе. Когда началась Великая Октябрьская социалистическая революция, юноша принял ее с воодушевлением. Вместе с рабочими судоремонтных предприятий участвовал в митингах поддержки восставшего Петроградского пролетариата и голосовал за резолюцию одобрения первых декретов всероссийского съезда Советов.
Но бывшие союзники по Антанте и бывшие враги в лице кайзеровской Германии осознали всю опасность становления народной власти на территории рухнувшей монархической Российской империи. Это могло послужить негативным примером для трудящихся масс в их собственных государствах. Международные буржуазные круги решились на открытую интервенцию. Над молодой Советской Республикой нависла угроза.
Михаил Игнатьевич в числе первых откликнулся на призыв Родины и встал на ее защиту. 5 февраля 1918 года вступил добровольцем в 1-й Тираспольский батальон Красной Гвардии. Особенностью формировавшихся красногвардейских частей была выборность командиров. Вскоре он был избран командиром взвода, после чего в феврале участвовал в бою за станцию Раздольную, где отражал наступление германских войск и гайдамаков. В результате тяжелого боя батальон был разбит многократно превосходящими силами противника. После переброски эшелоном на станцию Березовка Добровольский вступил в 1-й Днестровский полк РККА, в котором назначен на должность командира отделения.

На фронтах Гражданской войны

В те времена в войсках обеих сторон свирепствовала эпидемия сыпного тифа. Инфекцию разносила окопная вошь с быстротой пожара. Находясь в постоянных условиях антисанитарии, Михаил Игнатьевич тоже тяжело заболел, был направлен сначала в полевой лазарет, но там состояние лишь ухудшилось. В числе самых «безнадежных» был отправлен санитарным поездом в госпиталь в Сибирь. Молодой организм все же одолел заразу, и Михаил встал на ноги. После излечения он направлен для прохождения дальнейшей службы красноармейцем в составе 6-й революционной роты, дислоцированной в Омске.
В то время по всему Транссибу прокатилось волной восстание
Чехословацкого корпуса. 7 июня 1918 года М.И.Добровольский взят белочехами в плен и направлен в Омский концентрационный лагерь. В сентябре переведен в Тюменскую центральную каторжную тюрьму, а затем — в Тюменскую уездную тюрьму. У контрреволюционной власти не было намерения кормить пленных, и в конце января 1919 года Михаил вместе с другими красноармейцами «освобожден под надзор полиции» города Татарка. Иными словами – их просто выдворили на мороз. Однако преодолеть сибирскую стужу и добывать пропитание случайными подработками оказалось не самым тяжким испытанием. Через несколько месяцев началась повальная принудительная мобилизация молодежи под знамена «Верховного правителя Сибири».
29 июня 1919 года М.И.Добровольский призван в армию адмирала А.В.Колчака, где проходил службу рядовым в составе 11-го кадрового полка в Омске. Затем переведен в 1-й Степной полк. К счастью, именно это формирование в указанный период времени не принимало участия в боевых действиях против РККА.
Понимая, что долго так продолжаться не может, молодой человек решился на отчаянный поступок. В конце ноября 1919 года он совершает побег из части и переходит на сторону красных. 12 декабря 1919 года вступил в 1-й Томский советский полк, в составе которого, как опытный боец, назначен ротным старшиной. С февраля 1920 года проходил службу красноармейцем в составе отдельной роты городского военного комиссариата города Нарым, а с мая переведен в отдельную роту Томского горвоенкомата.
После разгрома колчаковцев пришлось приложить еще немало усилий, дабы утихомирить местные вооруженные бандитские формирования, что действовали против Советской власти разрозненными отрядами по всей центральной Сибири. Зарекомендовав себя человеком, беззаветно преданным идеям мировой революции, Михаил в том же году вступил в ряды РКП(б).

Межвоенное время

Юного старшину заприметило военное начальство. Дефицит младшего командного состава требовал срочной подготовки свежих кадров. В октябре 1920 года он командирован для прохождения обучения на 22-х Сибирских пехотных курсах в Барнауле. Завершить учебу не удалось, поскольку курсы расформировали. Но Михаил в числе наиболее перспективных курсантов в феврале 1922 года был переведен на 21-е Сибирские пехотные командные курсы в Семипалатинске.
Успешно окончив учебу в сентябре того же года, направлен в 104-й стрелковый полк, где его встретил один из бывших преподавателей. Вскоре он поспособствовал назначению талантливого юноши на должность командира роты на курсах в Военной политической школе при Политуправлении 5-й Краснознаменной армии в Иркутске. С обязанностями Михаил справлялся неплохо, но мечтал о службе в действующих частях, а не учебных. И уже в августе 1923 года подает рапорт о переводе на должность помощника командира роты в составе 2-го Нерчинского стрелкового полка.
Однако вышестоящие командиры видели в нем определенный потенциал и в ноябре вновь направили на учебу. Сначала на повторные курсы 5-й Краснознаменной армии в Чите, а с декабря 1923 года - переводом в Высшую объединенную военную школу в Киеве. Вершиной и мечтой тех лет для командиров РККА были курсы усовершенствования командного состава, известные под названием «Выстрел». Они стали настоящей кузницей кадров РККА. В сентябре 1924 года Михаил по рекомендации преподавателей был зачислен в группу подготовки командиров стрелковых подразделений. После успешного окончания учебы в 1925 году Добровольский возвратился во 2-й Нерчинский стрелковый полк, где вначале назначен на должность командира роты, а с ноября 1926 года переведен на должность начальника команды одногодичников.
Юноша быстро продвигался по карьерной лестнице. С ноября 1927 года служил в составе 3-го Верхнеудинского стрелкового полка на должностях командира батальона, затем - помощника командира полка. Принимал участие в боевых действиях в ходе конфликта на КВЖД.
К своим 30 годам комбат Добровольский был уже зрелым состоявшимся военным профессионалом. В мае 1931 года он назначен помощником командира 183-го стрелкового полка в Урюпинске, а в мае 1933 года — командиром 20-го отдельного местного стрелкового батальона, дислоцированного в Сызрани. Служба тянулась своим чередом. Казалось, что впереди у ветерана только выслуга и почетная пенсия. Но тут в стране начались массовые аресты по «делу Тухачевского».

Кадровые чистки в РККА

Молодые оперативники рьяно взялись за работу. Проверяли всех поголовно. Многие из арестованных под давлением давали показания не только против себя, но и против сослуживцев. Попал под безжалостные жернова и Добровольский. Во всех своих анкетах он всегда честно указывал на период службы в армии Колчака, но все равно был заподозрен в измене.
С июля 1937 года Михаил Игнатьевич находился под следствием органов НКВД. Несмотря на то, что все представленные им сведения многократно подтвердились, все же командование округа решило перестраховаться. Благо, к тому времени у Добровольского уже была достаточная выслуга с учетом «боевого» стажа. В ноябре 1939 года комбат был по-тихому уволен в запас. Неприятным осадком на душе осталось то, что его не удостоили медали «ХХ лет РККА» (на языке военных – «четыре шпалы»), хотя по статуту награда ему полагалась в числе первых.
Однако справедливость восторжествовала. В конце января 1940 года Добровольский был полностью реабилитирован. С конца ноября вновь призван в ряды РККА, где назначен в Сталинграде на должность помощника командира по строевой части 518-го стрелкового полка в составе 129-й стрелковой дивизии Северокавказского военного округа. А уже в феврале 1941 года последовало новое повышение — на должность помощника начальника оперативного отдела штаба 34-го стрелкового корпуса. Таким образом, к началу гитлеровского вторжения Михаил Игнатьевич обладал бесценным опытом командирской и штабной работы.

Великая Отечественная война

Начало войны М.И.Добровольский встретил на своей прежней должности. 34-й стрелковый корпус в июле 1941 года был переброшен на Западный фронт, где принимал участие в боевых действиях на витебском направлении и затем в сражении за Смоленск.
Командный состав РККА нес тяжелые потери. Опытные военачальники были на вес золота. В августе 1941 года Добровольский назначен на должность командира 875-го стрелкового полка в составе 127-й стрелковой дивизии. Отличился в боевых действиях в сентябре 1941 года в ходе Ельнинской наступательной операции. По итогам сражения дивизия преобразована во 2-ю гвардейскую, а 875-й стрелковый полк — в 15-й гвардейский.
Но обстановка на Западном стратегическом направлении неуклонно ухудшалась. Гвардейцы под командованием Добровольского стойко удерживали занимаемые рубежи в ходе Орловско-Брянской оборонительной операции. Соседние части дрогнули и полк попал в окружение. Командир принял верное решение и начал прорываться в направлении на Белев и далее на Курск. Воспользовавшись ранними морозами, бойцы по замерзшим рекам и болотам вырвались из окружения.
В январе — феврале 1942 года 2-я гвардейская стрелковая дивизия вела боевые действия на белгородском направлении. За достигнутые успехи подполковник Добровольский был в феврале 1942 года удостоен ордена Красного Знамени.

Битва за Кавказ

Весной разразилась «Харьковская катастрофа». Дивизия переброшена в район Таганрога, где прорывались вражеские части, сокрушая южное крыло Советско-Германского фронта.
Летом пал Севастополь. Гитлеровские полчища устремились на Кавказский хребет. С июля 1942 года полк под командованием М.И.Добровольского в составе своей дивизии ведет сдерживающие бои, отходя по направлению на Орджоникидзе (Владикавказ).
Осенью 1942 года следует новое повышение. Полковник Добровольский назначен на должность командира 60-й отдельной стрелковой бригады, которая до этого на протяжении нескольких недель безуспешно вела боевые действия на Кавказе, и уже неоднократно срывала выполнение поставленных задач. Здесь полководческий талант командира раскрылся полностью.
Из наградного листа: «за короткий срок в боевой обстановке полковник Добровольский сумел навести порядок в бригаде. Она стала успешно выполнять приказы командования и в свою очередь наносить противнику потери в живой силе и технике. Особенно отличилась бригада под руководством полковника Добровольского в боях с 8.11.1942г по окружению и разгрому вражеской группировки в районе гор Орджоникидзе».
За проявленную личную храбрость и умелое руководство боевыми действиями командир бригады в декабре 1942 года был повторно награжден орденом Красного Знамени и вновь повышен в должности.
В январе 1943 года Добровольский назначен командиром 409-й стрелковой дивизии, которая принимала участие в нанесении советского контрудара в направлении Нальчика. Затем последовала ее переброска на Усть-Лабинск, где разворачивались боевые действия в ходе осуществления Краснодарской наступательной операции. Для этой цели дивизия передавалась в подчинение 37 армии.

Сражение на берегах Кирпили

Передовые отряды дивизии в соответствии с планом командарма выдвинулись к 7 февраля 1943 года из Платнировской на рубеж Суходольный – Нижний – Сергиевская. Разведгруппы здесь натолкнулись на разветвленную сеть опорных пунктов. Уповая на опыт зимы 1941-1942 годов, немцы предпочитали оборону, построенную на цепочке огневых точек, поддерживающих между собой постоянную радио и телефонную связь.
Эта система именовалось «жемчужным ожерельем»: укрепленные строения или господствующие высоты были подобны нанизанным на нитку жемчужинам. Пространство между опорными пунктами не занималось или занималось только дозорами в ночное время. Оно заполнялось минными и проволочными заграждениями. В глубине обороны находились позиции дальнобойной артиллерии. Здесь функцию центра огневой поддержки у противника выполняла гаубичная 150 мм батарея, расположенная в станице Медведовской, а также реактивные установки залпового огня «Nebelwerfer».
В случае наших попыток прорыва в обход опорных пунктов враг открывал интенсивный пулеметный огонь, прижимая к земле советскую пехоту, а затем корректировал по ней огонь орудий. Потери штурмовых батальонов были тяжелыми, а продвижение вперед – минимальное.
Обстановка осложнялась тем, что у полковой артиллерии количество боеприпасов исчислялось по нескольку выстрелов на ствол. Набранное в освобожденных городах и станицах по дороге на Усть-Лабинск пополнение не имело вооружения. Некомплект стрелкового оружия в маршевых ротах был почти у половины личного состава.
Вначале попытались перед штурмом накапливать войска в балках. Но в дело вступила погода. Появлялись отдельные вражеские самолеты, которые на бреющем полете выявляли скопления стрелков и цветными трассерами указывали наземным наблюдателям цели. Затем туда летели тяжелые осколочно-фугасные снаряды дальнобойных орудий.
9 февраля перед рассветом отчаянной атакой удалось ворваться в хутор Нижний, даже завязать уличный бой. Но после мощного артиллерийского удара враг отбил населенный пункт обратно. В это время Добровольский настойчиво просил передать ему армейский резерв – 249 отдельный танковый батальон, укомплектованный легкими американскими «Стюартами». Но юркие машины, успешно преодолевающие грязь, простаивали без топлива близ развалин мастерских Пластуновской МТС.

В ночь на 11 февраля, наконец, удалось доставить бензин. Утром танкисты с автоматчиками 409 стрелковой дивизии на броне ворвались вглубь вражеской обороны. Беглым огнем подавили огневые точки в Суходольном, Нижнем и Сергиевской. Затем устремились к берегу Кочеты, где уничтожили пулеметные гнезда в населенных пунктах Ленинский и Рашпиль. Развивая успех, танкисты и автоматчики достигли Медведовской, разгромили позиции артиллерии противника и к 12 февраля уже завязали бой на окраине Старовеличковской, отсекая тылы Краснодарской группировки врага. Это привело к развалу всей системы немецкой обороны. Оставшись без поддержки дальнобойной артиллерии, 11 февраля под ударами войск 11-го гвардейского стрелкового корпуса пали опорные пункты в станице Дядьковской и хуторе Пролетарском. Кореновский район был полностью освобожден от оккупантов.

Взлеты и падения

Боевая работа продолжилась. Весной дивизия передается в подчинение 46-й Армии и уже летом из резерва Ставки перебрасывается на Юго-Западный фронт, где ведет упорные бои за Днепровский рубеж. В сентябре Добровольский провел успешную наступательную операцию, перерезав вражеские железнодорожные пути сообщения в районе станции Лозовая, и организовал преследование противника до самого Днепра.

Из наградного листа:
«в ходе боев, умело маневрируя частями и огневыми средствами, было отбито более 15 контратак немцев. В трудных условиях управления боем не теряет. За время боев частями дивизии освобождено свыше 43 населенных пунктов. Истреблено 2296 немецких солдат и офицеров и взято 40 немцев, а также захвачены следующие трофеи: пулеметов - 9; пушек разного калибра – 11; автомашин грузовых – 4; радиостанций – 2; танков – 2; складов продовольственных – 3 и 5 легковых автомашин, а также много другого вооружения и техники».

Командарм представил в конце сентября комдива Добровольского к ордену Красной Звезды. В октябре 1943 года командование фронта повысило ранг награды до ордена Богдана Хмельницкого. Вручение было назначено на 7 ноября – в день годовщины Великого Октября. Но Фортуна оказалась переменчивой.
В ноябре последовала новая переброска. Теперь в состав 57-й армии 2-го Украинского фронта. Здесь противник вновь нанес поражение, опрокинув наши войска, что едва не обернулось катастрофой. Попытка полковника Добровольского действовать разрозненными частями буквально «с колес» по мере прибытия на фронт, успеха не имела. В итоге он освобожден от занимаемой должности «за потерю управления войсками и невыполнение в срок поставленных задач» с преданием суду военного трибунала.
Но тут вмешалась Ставка. В декабре решение о предании суду было отменено прямым указанием Верховного. А Добровольский назначен с повышением на должность заместителя командира 68-го стрелкового корпуса, который вскоре принимал участие в освобождении Левобережной Украины и в Ясско-Кишиневской наступательной операции. За умелое руководство войсками был вновь представлен к ордену Красного Знамени.
Орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени Михаила Игнатьевича все-таки наградили 22 февраля 1944 года, в канун Дня Красной Армии. На фотографии его полевой мундир, наскоро застегнутый, без одной пуговицы, со следами отвинченных орденов Красного Знамени, выдает человека, уставшего от тяжелых фронтовых будней, отнюдь не в праздничном настроении.
Война тем временем продолжалась. Но не от вражеской пули было суждено пострадать храброму полководцу. 25 сентября 1944 года полковник М.И.Добровольский попал в автокатастрофу. Выжил лишь благодаря умелому медицинскому вмешательству. После чего несколько месяцев провел в госпитальных палатах. Здесь же он узнал о том, что его наградили орденом Отечественной войны 1 степени и орденом Ленина.

Путь к Победе

Заново пройдя после курса лечения военно-врачебную комиссию, с февраля 1945 года Добровольский находился в распоряжении Главного управления кадров НКО СССР. Затем — в распоряжении Военного совета 2-го Украинского фронта. Подавал рапорты о назначении в войска. В апреле 1945 года получил под командование 317-ю стрелковую дивизию, которая принимала участие в Братиславско-Брновской и Пражской наступательных операциях. Победу встретил в Чехословакии. К 12 мая дивизия сосредоточилась в районе Борженьовице юго-восточнее Праги.
Но впереди были новые сражения. Летом 1945 года дивизия под командованием полковника Добровольского была передислоцирована на Дальний Восток, где развернулись боевые действия против японской армии. По первоначальному плану 317-я стрелковая находилась в резерве Забайкальского фронта. Затем осенью переведена в состав Восточно-Сибирского военного округа. Лишь в феврале 1946 года гвардии полковник М.И.Добровольский с чувством исполненного долга перед Родиной вышел в запас.
Он был награжден уже после окончания войны тремя медалями: «За оборону Кавказа», «За победу над Германией в годы ВОВ 1941-1945гг» и «За победу над Японией». Но мемуаров оставить не успел. Умер 1 декабря 1951 года в родной Одессе.
Сейчас для нашей страны вновь наступили непростые времена. На тех же Днепровских рубежах громят нацистов со свастикой на шевронах бесстрашные бойцы и командиры Армии России. И, по прошествии многих десятилетий, события тех дальних дней предстают в новом свете. Приходит осознание того, что на плечах таких усталых тружеников войны, как Михаил Игнатьевич Добровольский, и была вынесена основная тяжесть боев Великой Отечественной.

Евгений Громыко.

Использованная литература:
Великая Отечественная: Комдивы. Военный биографический словарь. Том III. Командиры стрелковых, горнострелковых дивизий, крымских, полярных, петрозаводских дивизий, дивизий ребольского направления, истребительных дивизий / Д.А. Цапаев, Б.А. Введенский, В.А. Колунтаев [и др.]; под общей редакцией генерал-полковника В.П. Горемыкина - М.: Кучково поле, 2014.
Выписка из исторического формуляра 409-й стрелковой дивизии за 1941—1945 годы // ЦАМО. Ф. 1733. Oп. 1. Д. 3. Л. 1–24.
Саркисян Э., Амирян Э. Хроника боевого пути армянских национальных формирований в годы Великой Отечественной войны // Вестник Армянских архивов.— 1985.—№ 1.
Феськов В.И., Голиков В.И., Калашников К.А., Слугин С.А. Вооруженные Силы СССР после Второй мировой войны: от Красной Армии к Советской (часть 1: Сухопутные войска) / под науч. Ред. В.И. Голикова. — Томск: Изд-во НТЛ, 2013.
Хорошилов Г., Баженов А. Ельнинская наступательная операция 1941 года // Военно-историчес-кий журнал. — 1974— №9