Предыстория русского военного флота
Это произошло 330 лет тому назад. 30 (20 по старому стилю) октября 1696 года в резиденции Преображенском Петр Алексеевич заслушал приговор Боярской Думы, касающийся завоеванной крепости Азова. Общее решение гласило: «Морским судам быть, а скольким, о том справиться, о числе крестьянских дворов, что за духовными и за всяких чинов людьми, о том выписать и доложить, не замолчав».
Постоянный Азовский флот было «приговорено» построить к апрелю 1698 г. Он должен был состоять из нескольких крупных пушечных и десятков более мелких парусно-гребных судов. Корабли надлежало делать «со всею готовностью и с пушками, и с мелким ружьем, как им быть в войне». Предполагалось, что строить первый регулярный военный флот будут все сословия тогдашней России. Постановление от 4 ноября 1696 года четко распределяло: «Святейшему патриарху, и властям, и монастырям» построить по одному кораблю «с 8 тысяч крестьянских дворов», боярам и «всех чинов служилым людям» – по кораблю «с 10 000 крестьянских дворов». Для заготовки леса, пеньки и других необходимых материалов «торговым и посадским людям» надлежало платить в год «полтину деньгу». Центром создания Азовского флота был объявлен Воронеж и близлежащие к нему уезды.
С этого времени в современной историографии принято отсчитывать начало Военно-морского флота России. Однако, если судить по дошедшим до настоящего времени письменным источникам, у нашего боевого флота вырисовывается гораздо более древняя и славная своими победами предыстория.
Впрочем, обо всем по порядку.
Первые упоминания о морских походах русов относятся к IX веку. В 860 году флотилия русов неожиданно появилась под стенами Константинополя (Царьграда), что стало шоком для византийцев. Патриарх Фотий описывал в своих проповедях это событие как «грозное нашествие», когда русы, воспользовавшись отсутствием императора, разорили предместья города. Этот поход не был случайным: он стал результатом накопленного опыта мореплавания и торговли, который наши предки приобрели, находясь в постоянном контакте с Византией и Скандинавией.
В 907 году князь Олег, собрав флотилию из 200 ладей, вновь осадил Царьград, что привело к заключению выгодного для Руси договора. Эти походы не только укрепили военную мощь русов, но и способствовали расширению в дальнейшем торговых связей с Византией. Упоминания о них содержатся в знаменитой «Повести временных лет». Позже, в 941 году, морской поход предпринял киевский князь Игорь Старый. Но жители Херсонеса (Корсуни) выступили информаторами для своих земляков - византийцев: перед походом Игоря они предупредили императора о приближении большого русского флота. Тот подготовился к встрече и в морском сражении сжег корабли русов «греческим огнем».
В 943 году русы совершили под предводительством князя морской поход на богатый город Бердаа, бывшую столицу Кавказской Албании, расположенную на притоке реки Куры, что на территории современного Азербайджана. Этот эпизод стал важным событием, так как военные корабли русов впервые в таком массовом количестве вышли на Каспийское море. Взятие мощной крепости Бердаа продемонстрировало не только военную силу, но и стратегическую важность морских путей для торговли и военных действий. Об этом рассказывал персидский историограф Ибн Мискавейх в своем сочинении начала XI века.
В «Слове о полку Игореве», написанном в XII веке, упоминается о многочисленном речном флоте, который использовался князьями для военных походов. Это произведение подчеркивает важность речного судоходства в жизни древнерусского общества и его роль в военных действиях. В тексте есть слова: «Ты ведь можешь Волгу веслами расплескать, а Дон шлемами вычерпать». Обращены они к Великому князю Владимирскому Всеволоду Юрьевичу по прозвищу «Большое Гнездо». Автор показывает огромную военную силу, мощь и авторитет Всеволода и его дружины. Если бы он привел свои корабли на помощь терпящему поражение Игорю Святославичу, исход похода был бы совсем иным.
Новгородские ушкуйники, вооруженные отряды, действовавшие в XIII-XV веках, совершали дерзкие рейды по рекам и морям, нападая на Золотую Орду и другие территории. Они спускались по Волге, Каме, брали города (например, Жукотин, Болгар, а в 1374 году даже Сарай — столицу Орды). Их «флот» составляли ушкуи — легкие речные суда. Подробные сведения о победных набегах ушкуйников содержит Новгородская начальная летопись старшего извода и другие летописные своды.
На Русском Севере в XVI-XVII веках активно развивались поморские флотилии, которые занимались рыболовством, охотой на морского зверя и торговлей. Поморы, осваивая Север, выходили в суровые воды Белого и Баренцева морей. Они строили специальные суда — большие и малые кочи, которые хорошо подходили для плавания во льдах и по мелководью. Поморы не только вели промыслы, но и защищали свои пути: например, Соловецкий монастырь уже в XVI веке имел собственный значительный морской флот (лодьи, карбасы) для охраны владений и торговли. Эти флотилии стали основой для дальнейшего развития русского северного флота.
На протяжении XVI-XVII веков казачьи флотилии, действовавшие на реках Днепре, Дону, Волге и Яике, играли важную роль в защите южных границ Московского царства. Запорожские, донские, волжские, яицкие казаки строили свои суда (чайки, дубы) и совершали рейды: нападали на турецкие и крымские корабли, ходили в походы на Азовское море и Каспий (Хвалынь). Казаки использовали свои суда для нападений на турецкие и татарские крепости, а также для контроля торговых путей. Их флотилии отличались высокой мобильностью и способностью организации быстрых атак с воды на побережье.
В XVI веке Иван Грозный, стремясь укрепить морскую мощь России, организовал каперский флот, который воевал против шведских и польских судов. В годы Ливонской войны Московский царь пошел на нестандартный шаг: он выдал каперское свидетельство (грамоту) иностранному адмиралу — датчанину Кирстену Роде. Тот сформировал боевую флотилию, которая действовала на Балтике, атакуя не только вражеские военные корабли, но и ганзейские торговые суда, обеспечивавшие логистику неприятеля. По договору Роде получал в качестве вознаграждения свою часть добычи, а остальное сдавалось в русские порты. Это была одна из первых попыток создать в Московии специализированное морское соединение для защиты торговых интересов и давления на противника.
В 1581 году атаман Ермак Тимофеевич, возглавив казачью флотилию, начал свой поход «за Камень» (за Урал). Он двигался по рекам: поднялся по Чусовой, затем по ее притоку Серебрянке, преодолел уральский водораздел волоком, далее спустился по Тагилу в Туру, а затем в Тобол. Казачьи парусно-гребные струги были плоскодонными — это позволяло проходить мелководные участки и перетаскивать их через волоки. Поход не только положил начало присоединению Сибири, но и продемонстрировал важность речного судоходства для освоения новых территорий и расширения границ России в восточном направлении.
В январе 1637 года донские казаки при участии запорожцев на общем войсковом круге приняли решение взять турецкую крепость Азов. Осада началась в апреле, а 18 июня после подкопа и взрыва стены казаки ворвались в крепость. После захвата началось знаменитое «Азовское сидение» — казаки, используя подвоз продовольствия и боеприпасов своими кораблями, удерживали крепость на протяжении нескольких лет, отбивая атаки турецко-татарских войск. Этот эпизод показал, что казачьи флотилии способны не только на рейды, но и на масштабные военные операции с использованием речного и морского транспорта. Это событие стало предвестником будущих Азовских походов Петра Великого, которые в дальнейшем окончательно утвердят за Россией статус морской державы.
Предыстория отечественного флота — это хроника смелости, предприимчивости и стремления к освоению водных просторов. От первых морских походов русов до казачьих флотилий XVII века, каждый этап этой истории формировал уникальную флотскую традицию России, которая впоследствии стала основой для создания русского мощного Военно-морского флота.
Евгений ГРОМЫКО.
Библиография:
1) Повесть временных лет // Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 1: Лаврентьевская летопись; Т. 2: Ипатьевская летопись. — Репр. изд. — Москва: Языки русской культуры, 1997–1998.
2) Фотий, патриарх Константинопольский. Гомилии (проповеди о нашествии русов) / пер., коммент. // Византийские источники по истории Древней Руси. — Санкт Петербург: Дмитрий Буланин, 1999.
3) Константин VII Багрянородный. Об управлении империей / пер. и коммент. Г. Г. Литаврина, А. П. Новосельцева. — Москва: Наука, 1989.
4) Ибн Мискавейх. Книга испытаний народов и осуществления заданий (Таджариб ал умам) / пер. с араб., коммент. В. М. Бейлиса // Древнейшие государства Восточной Европы. Ежегодник. — Москва: Восточная литература, 2000.
5) Слово о полку Игореве / под ред. Д. С. Лихачева; изд. с комментариями и словарем. — Ленинград: Наука, 1967.
6) Новгородская первая летопись старшего извода // ПСРЛ. Т. 3. — Москва: Языки славянской культуры, 2001.
7) Софийская первая летопись // ПСРЛ. Т. 5. — Санкт Петербург: Императорская археографическая комиссия, 1851 (репр. изд.).
8) Лицевой летописный свод XVI века (миниатюры и текст) / факсимильное издание фрагментов. — Москва: Актеон, 2009.
9) Акты Соловецкого монастыря: приходо расходные, судовые, таможенные книги, описи имущества (XVI–XVII вв.) / по фондам РГАДА (Ф. 1201) и собраниям ОР РНБ. — Публикация в сборниках: Материалы по истории Севера и Русского поморья. — Архангельск: Севгиз, 1953.
10) Писцовые книги Севера (Двинской уезд, Холмогоры и др.) // Сборник документов по истории Севера. — Вологда: Севкрайгиз, 1940.
11) Разрядные книги и посольские дела Разрядного приказа (XVI–XVII вв.) / по фондам РГАДА. — Публикация: Разрядные записи Смутного времени и казачьих походов. — Москва: Изд во АН СССР, 1950.
12) Грамоты и отписки воевод (Дон, Яик, Волга) // Акты, относящиеся к истории Войска Донского. — Новочеркасск: Тип. Войска Донского, 1891.
13) Каперская грамота Кирстену Роде и документы Посольского приказа (1570 е гг.) / по фондам РГАДА (Ф. 141, Посольский приказ). — Публикация: Документы по внешней политике Московского государства XVI века. — Москва: Изд во МГУ, 1965.
14) Русско шведские и русско польские дипломатические документы // Сборник Русского исторического общества (РИО). Т. 71, 129. — Санкт Петербург, 1892, 1910.
15) Казачьи отписки и донесения (1637–1642) // Донские дела. — Москва: Тип. Московского университета, 1898.
16) Посольские книги по связям с Османской империей и Крымским ханством (1630–1640 е гг.) / по фондам РГАДА (Ф. 89). — Публикация: Русско турецкие отношения в XVII веке. — Москва: Наука, 1977.
